I.
Look up to the sky and see…

Наши программы новостей иногда напоминают криминальную хронику с вкраплениями погоды и спорта. Вот и в тот день первые десять минут нам долго и занудно рассказывали про суд над каким-то врачом, обвиняемым в убийстве собственной жены. Как же, как же, помним: про это убийство недавно все газеты и телеканалы болтали без умолку. Уже третья пожилая женщина за последние несколько месяцев, причём все белые, богатые, убитые в районах, где преступлений такого рода вообще почти не бывает - никак маньяк орудует. А тут вдруг выясняется, что последнюю, третью, убил не маньяк, а собственный муж, известный врач-аллерголог, благополучный, преуспевающий, безупречный во всех отношениях. По крайней мере, прокурор уверяет, что убил именно он, подделываясь под маньяка. И что никакой он не безупречный, а от жены по проституткам гулял, через интернет девушек снимал, и вообще не судите конфетку по обёртке.

Боже, какая тоска. Скорее бы про погоду начали говорить, что ли... Ну почему каждый раз, когда убивают кого-то из богатых белых райнов, наши средства массовой информации встают на уши и разбирают это дело по косточкам неделями, а то и месяцами? Ну убил он жену, или не убил, мне то что?
Нам тем временем показывают зал суда. На первом плане – дети доктора, верящие в его невиновность. Пришли в суд поддержать отца. Господи, я себе представить такого не могу: отца судят за убийство матери. Как пережить это? Но они вроде молодцом держатся, особенно средняя дочь и сын. Старшая периодически начинает всхлипывать на плече у своего жениха, но тут же берёт себя в руки. Камера останавливается на средней дочери...
- Это же Бритт! - почти подпрыгивает на диване мой муж.
- Которая у тебя спиннинг преподавала?
- Да. Боже мой...

Мы бросаем всё, что делали (жевали, читали) и впиваемся глазами в телеэкран. Поздно, новости перескакивают на какую-то аварию в центре Бостона.

II.
Is this the real life,
Is this just fantasy?

Он и о мужчинах-то никогда так не говорит, а уж чтобы о женщине подобным образом отзывался, это должна быть супервуман какая-то. Первый раз такое слышу из Бориных уст. Надо ведь знать моего мужа: он встаёт в пять утра, чтобы пробежать десять миль до работы, бегает на вывихнутых щиколотках, поднимает штангу с воспалённым локтевым суставом, атлет без страха и упрёка, презирающий боль. Он подтягивается на одной руке, а если на двух, то привязывает стофунтовые гири к ногам, он толкает рывком до четырёхсот фунтов, он способен выжимать из организма все соки, до полуобморочного состояния, а потом дожать ешё немного. Это человек, превративший себя на моих глазах из толстопопого узкоплечего еврейского мальчика в толстых очках в обложку журнала Men’s Fitness, человек железной, нереальной какой-то воли, который если скажет себе, что никогда больше не будет есть салат с майонезом или пирожные с кремом, то не возьмёт это в рот до конца дней своих, как бы ни хотелось. Иногда он меня пугает, иногда восхищает, чаще я испытываю смешаное чувство: жить с супермэном здорово, но от близкого контакта с железной, нет, титановой, волей порою как-то не по себе... К тому же он предъявляет ко всем те же требования, что и к себе. «Пффф, отрастил себе вон животик», - считается законным аргументом в дискуссии (не с самим обладателем лишнего веса, естественно, а со мной). Мол, кто он такой, со своими дряблыми мышцами и животиком, чтобы... что бы то ни было.
Услышать от моего мужа выражение восхищения чужой физической формой, и уж тем более чужой волей, доводится не часто. Обычно это относится к чемпионам на экранах телевизора – Лэнсу Армстронгу или Тайгеру Вудсу, к людям, которые ничего больше в жизни не делают, только соревнуются, тренируются, да приводят себя в идеальную физическую форму . Восхищение кем-то в реальной жизни от него не услышишь почти никогда. Кто может сравниться с Матильдой моей, сами понимаете... Поэтому когда он пришёл с очередного класса спиннинга (это мы делаем так, для разминки, пару раз в неделю) и сказал, что их новая инструкторша – железная леди с феноменальной волей, даже посильней его, я решила, что мне мерещится. Такого не может быть, потому что не может быть никогда. Ещё железнее? Это в принципе возможно?

Новую инструкторшу звали Бритт. Странное имя какое-то, не женственное. Впрочем, ей оно подходило. Бритт владела собственным бизнесом, уж и не помню чем она там конкретно занималась, но работала на полную катушку, с утра до вечера. А ещё она была спортсменкой – настоящей - тренировалась по утрам, вечерам и на выходных как сумашедшая, участвовала не то в биатлонах, не то в триатлонах, a заодно бегала марафоны и полу-марафоны, выжимала себя так, что падала на финишной черте, а на следующий день приходила в класс и выкладывалась там. Многие преподаватели спиннинга посидят немного сами на велосипеде, а потом слезут и ходят между рядами – якобы, чтобы мотивировать всех и смотреть «за формой», кто как педали крутит. Только не Бритт – она с начала и до конца класса сидела в седле, накручивая себе ещё большее сопротивление, чем предписывала всем остальным. Сочетание сопротивления и скорости были такие, что мой муж под конец класса чуть не валился с ног. Если над другими инструкторами он откровенно смеялся, и всегда увеличивал нагрузку на 30% по сравнению с тем, что они предлагали, то с нагрузками Бритт еле справлялся. К ней в класс слабаки не ходили – только настоящие атлеты, да и те тихо растекались лужицей пота по полу после класса. А она, пробежав пол марафона и заняв пятое место, отлёживалась ночью и наутро уже доводила этих взрослых мужиков в пиковой физической форме до всхрапов и всхлипов за сорок пять минут.

III.
Beelzebub has a devil put aside for me, for me, for meееее

- Ты что, ничего не замечал? Её мать убили уже несколько месяцев назад, и что, она всё это время ходила и вела классы, как ни в чём не бывало?
- Ты знаешь, да... Я же говорю, она железная. Немного бледнее обычного, губы чуть больше сжаты, впрочем, они у неё всегда сжаты. Эти лица немецкие или англосаксонские – хрен поймёшь, каменное выражение лица.
- А сейчас как?
- А она ушла. Уже месяц как. Мы очень хотели её вернуть, петицию писали, но руководство клуба ничего сделать не смогло. Теперь-то я знаю, почему она ушла...

Её отца звали Дёрк Грейнедир (Dirk Greineder). Немец, приехавший в Америку учитьс,я да тут и оставшийся. Блестящий специалист, хорошо известный в своей области, высокий, импозантный, с очаровательной женой и тремя чудесными детьми, с роскошным домом в одном из самых дорогих пригородов Бостона, преуспевающий и очень уважаемый. Старшая дочь закончила Гарвардскую школу медицины, про среднюю вы уже знаете, а младший сын заканчивал не то Йель, не то Принстон – один ребёнок успешнее другого. Образцово-показательная жизнь.
Is this just fantasy…

В тот день родители пошли прогуляться в парк, и на одной из развилок решили разминуться. Дальше следовал звонок мужа по телефону 911, его безуспешные попытки откачать жену, парамедики, бессильные что-либо сделать, полицейское расследование, горе, похороны... А газеты и телевидение кричали: «Третья жертва маньяка!»
Они держались. Остался отец – опора семьи, лидер, движущая сила. Он здорово помог им в те дни, не выказывал эмоций, не давал расклеиться. Его авторитет оставался неприрекаем, пока был он, была семья.

Mama, just killed the man…
Когда Дёрка арестовали, дети были вне себя от возмущения. Они ЗНАЮТ своего отца, он образцовый представитель общины, он мухи не обидит, он их вырастил, книжки читал, в зоопарк водил, он голоса никогда не повышает, он их мать боготворил, и никогда слова плохого о ней не сказал, ни в глаза, ни за глаза. Это представить себе невозможно! А полицейских надо увольнять за такую работу – не могут виновного найти, так сразу мужа обвиняют, благо больше некого. Вы бы лучше маньяка искали, который до этого двух женщин так же убил! Это просто издевательство какое-то. Ничего, вот найдут настоящего убийцу, мы их засудим за моральный ущерб. Уроды.
So you think you can stone me and spit in my eye...

***
I see a little silhouetto of a man,
Scaramouche,scaramouche will you do the Fandango
Thunderbolt and lightning, very very frightening me
Тем временем миф о Дёрке Грейнедире-идеальном муже и отце начал потихоньку давать трещины. Выяснилось, что он уже больше года как тратил огромные суммы на проституток, сидел ночами в интернете, выискивая женщин для случайных связей, выписал сам себе виагру, завёл кредитную карточку на имя своего приятеля со студенческих лет... Приятеля звали Том Янг, и он был всем, чем Дёрк не был. На фоне образцово-показательного педанта из Германии, Том был гулёна, ловелас и бабник. К тому же он частенько подшучивал над своим примерным и высокоморальным сокурсником. Тот факт, что для встреч в гостиницах и оплату проституткам Дёрк выбрал имя именно Томаса говорит что-то о много лет дремавших комплексах. Но это так, к слову. Оказалось, что убитая, Мэйбел (Мэй) Грейнейдер, после менопаузы и каких-то медицинских проблем полностью утратила интерес к сексу. Она жаловалась на боли и дискомфорт, отказывалась от секса всё чаще, и постепенно интинмые отношения между супругами сошли на нет. Дёрк же в свои пятьдесят с чем-то был ещё в прекрасной форме и на такой поворот событий явно не рассчитывал. Начались поиски женщин для случайных встреч, пар для группового секса и проституток если ничего больше не «попадало в сети». Как выяснилось в последствии, Дёрк пошёл к проститутке в день убийства своей жены – ПОСЛЕ того.
И тем не менее, ничего из этого ещё не означало, что он убил Мэй.

IV.
Because I’m easy come, easy go,
А лittle high, little low…

Мы спорили до хрипоты. Кажется, в первый и последний раз. Не следим мы за судебными процессами по телевизору, не интересны нам все эти мыльные оперы и дещёвые мелодрамы. Но тот процесс задел, и не только потому, что в первом ряду, не отрывая глаз от отца сидела Бритт – железная леди, периодически срывавшаяся на плач, но тут же берущая себя в руки. Что-то зацепило.
Боря верил в невиновность Дёрка до последнего. Точнее, в то, что виновность его была не доказана. Он верил Бритт – если она говорит, что знает своего отца, и что он не мог совершить такое, значит он не мог. А проститутки и порнография – не доказательство вины. Это наши пуритане местные считают, что от порнографии до насилия один шаг, но мы же не они. Кому ты веришь? Мужчине 57 лет, он в прекрасной форме, во цвете лет, ему секс нужен, что тут непонятного? Девушки в таком возрасте на шею уже не вешаются, поэтому он искал секс через интернет и прибегал к услугам проституток. Про порнографию – вообще смешно. Ну, смотрел мужик порнушку. Тоже мне...
Мне казалось, что Дёрк виновен, хотя до конца процесса это было не очевидно. Впрочем, наши споры быстро скатились со стези виновен-невиновен – мы начали обсуждать жизнь этой семьи, благо интимные подробности сообщались нам телевидением, радио и газетами с завидной регулярностью. Нет, дело было не в желании покопаться в чужом белье, мы просто вдруг поняли, что эти люди всего на двадцать лет старше нас, что это не какие-то наркодилеры из Бронкса или бездомные из Роксбери, что они очень похожи на нас – уровнем образования, образом жизни, системой жизненных ценностей, и что ситуация ведь так реальна... Один супруг теряет интерес к сексу в результате неких проблем со здоровьем, второй отнюдь не готов списывать свою сексуальность в утиль, жизнь впереди долгая – что дальше? Имел ли он право жить так, как жил? Должен ли был похоронить сябя заживо, коротая век рядом с фригидной женой, ради семьи и морали? Ну так завёл бы себе любовницу, встречался бы с ней втихаря, зачем проститутки и групповухи-то? А если любовница не находилась?
В чём мотив убийства? Ну, гулял бы себе по проституткам... А может, она каким-то образом всё узнала и потребовала развод? Развод означал бы потерю огромного количества денег, резкое падение материального благосостояния, переезд из огромного дома в престижном Веллсли в какой-нибудь таунхауз в худшем районе. Вот вам и мотив.
Нет, не вписывался этот Дёрк в образ отца Бритт, которого она боготворит. Убить любящую жену, мать троих детей, ради денег и возможности гулять по проституткам? Нет, это не он.
А откуда мы знаем, какой ОН? Он много лет вёл двойную жизнь, о которой никто и не подозревал. Значит, он хороший актёр. Его истинное лицо нам неизвестно, как неизвестно оно было его детям. Конечно, убийство – не просмотр порнухи или поход к проститутке, но если бы детям сказали, что их образцово-показательный отец семейства и светило медицинской науки бегает по проституткам и проводит часы на интернете в поисках очередного групповика, они бы, наверное, рассмеялись вам в лицо. Не поверили бы. Значит, не знали они его и уповать на это глупо.
И снова, по кругу... Мы искали ответы на мучавшие нас вопросы, а их не было.

V.
Anyway the wind blows…

Каждый верил в то, во что хотел верить. Мой муж хотел верить в невиновность подсудимого, потому что знал Бритт, желал ей только хорошего и не мог представить, что с ней сделает осознание, что её отец убил её мать. Он искренне надеялся, что всё это обернётся для неё и её семьи лишь страшным сном, что Бритт вернётся, начнёт опять преподавать спиннинг, и всё встанет на круги своя. К тому же очень, ну очень хотелось, чтобы полиция ошиблась, чтобы из увлечения порнухой и девочками не следовало, что человек готов убить жену, чтобы они выучили свой урок и перестали сразу подозревать мужей, вне зависимости от обстоятельств, особенно если у мужа кто-то был...
Я тоже желала Бритт всего самого лучшего – зауважала её по рассказам мужа. Я не могу сказать, что хотела, чтобы доктор оказался виновен. Тем не менее, мне было проще видеть в этом человеке злодея. Это расставило бы все точки над «i», сделало бы ситуацию простой, одномерной. Про жену писали много хорошего, просочилось даже в какой-то статье, что она очень переживала по поводу охлаждения их отношений, сделала пластическую операцию, держала себя в форме. Она его любила, она простила бы ему тихий роман на стороне, но жить с человеком, всё глубже погружающимся в «пучину разврата» не могла и не хотела. Мне было жаль её, противен он, страшно стареть, жутко от попыток понять его мотивы, и я почти подсознательно искала лёгких путей. Если он её убил – это всё объясняет. И в то же время не объясняет ничего... Может, проще было бы верить, как Боря, в его невиновность? Почему-то не получалось.
Оказалось, что в гостиной Грейнедиров на видном месте висел портрет отца Дёрка – в полном нацистском обмундировании. Он был врачём в гитлеровской армии, где-то в Европе воевал. И «Майн Кампф» там тоже нашли при обыске. Ага, ага! Всё-таки злодей! «При чём тут это вообще», - удивлялся мой муж, «его не в убийстве местечкового еврея обвиняют, его подозревают в убийстве собственной жены, вполне себе арийки. Ни при чём это.» Судья, судя по всему, согласился с моим мужем и строго наказал присяжным на эти детали внимания не обращать.

VI.
Bismillah! No, we will not let you go - let him go
Bismillah! We will not let you go - let him go
Bismillah! We will not let you go - let me go
Will not let you go - let me go
Will not let you go let me go
No, no, no, no, no, no, no

A суд тем временем шёл своим чередом. Тучки сгущались над доктором. В его машине обнаружили полотенце из какой-то гостиницы со следами крови обоих супругов. На кроссовках были тоже какие-то брызги крови, которые не могли там появиться просто при попытках помочь жене или откачать её. В другом конце парка нашли перчатку Дёрка, с кровью Мэй на ней, у самого же доктора руки были чистые, не смотря на уверения, что он долго пытался вернуть окровавленую жену к жизни. К тому же там что-то не совпадало во времени: он физически не успевал добежать туда, куда он говорил, что добежал, а потом успеть обратно. Его версия событий не сходилась с самыми смелыми подсчётами минут на пять. В суде фигурировали какие-то пластиковые пакетики, липкая лента, ещё что-то, я уже не помню деталей, да и не важны они. Объяснения доктора были притянуты за уши, например, кровь на полотенце он оправдывал тем, что у них у обоих (!) в тот день шла кровь из носа. Дети по очереди свидетельствовали в пользу отца, говорили о нём исключительно хорошее, поддерживали в течение всего процесса, и даже когда суд присяжных единодушно признал Дёрка Грейнедера виновным в премедитированном убийстве своей жены единогласно заявили, что по-прежнему считают, что произошла чудовищная ошибка, и истинный убийца их матери будет, в один прекрасный день, найден.

Open your eyes
Look up to the skies and see ...
Мой муж ходил мрачнее тучи, переживал за Бритт, злился, что из частной жизни одной семьи сделали цирк для СМИ, и говорил, что вся эта история в очередной раз проводит в людских головах логическую цепочку порнуха-проститутки-полная моральная деградация-убийство. Чудесная логика, правда?

А мне вспоминалась история про значок.
Я училась тогда в Simmons Colledge в Бостоне, и после одной из лекций подошла к профессору, чтобы задать вопрос. Профессор уже разговаривал с какой-то студенткой, и я встала сзади, дожидаясь своей очереди. На девушке был надет рюкзак, полностью увешанный значками типа «We asked God and SHE is pro-choice» или «Radical Feminist Lesbian and Proud of It». Один значок лево-радикальнее другого. Посередине всего этого великолепия красовался огромный значок с надписью «Simmons Colledge» крупными буквами. Первая мысль при взгляде на рюкзак была «вот такие студентки ходят в Симмонс». Полюбовавшись на значки и дождавшись, когда девушка отойдёт в сторону, я вежливо заметила, что один из значков на её рюкзаке меня очень задел. «Какой же?» - бодро поинтересовалась девушка, ожидая, вероятно, спора на какую-нибудь из «затронутых» на рюкзаке политических тем. «Ту, на которой написано «Simmons Colledge», - спокойно ответила я и вышла из аудитории, забыв даже задать профессору свой вопрос.

Так вот, показалось мне, что секс во всей этой истории сыграл роль значка «Simmons Colledge». Поэтому не только мой муж, но и все наши мужчины на работе так «болели» за этого человека, так не хотели, чтобы оказался он монстром, которым в итоге оказался. Логическая цепочка ведь совсем не логична, одно не обязательно следует из другого, но достаточно одного студентика в пестрящем значками рюкзачке, чтобы у многих сложилось впечатление, что все мы такие.

А Бритт так и не вернулась.

Caught in a landslide
No escape from reality…