Category: отзывы

Category was added automatically. Read all entries about "отзывы".

fur hat

Я тут выскажусь за американскую политику. Кому не интересно, может не читать.

Помню, как лет двадцать пять-тридцать назад Валентин Зорин объяснял нам в передаче «Международная Панорама», что в Америке две правящие партии – республиканская и демократическая. Они по-очереди занимают место у штурвала власти, но по сути отличаются друг от друга мало – капиталисты, одно слово. Тогда, издалека, эти партии действительно казались близецами-братьями. Это потом уже, приехав в Америку и разобравшись в её политичесом устройстве, я поняла, что разница между республиканцами и демократами есть, и довольно значительная. В какой-то момент мне даже стало казаться, что между ними вообще мало общего. Все наши знакомые, даже те, кто гордился своей политической независимостью, голосовали, как правило, либо за одну партию, либо за другую, редко отклоняясь от намеченного курса.

Впервые моя вера в кардинальное различие между двумя партиями пошатнулась несколько лет назад. Мы жили тогда в Массачусеттсе, и одна из «секций» штата выбирала себе нового конгрессмена, поскольку Джозеф Кеннеди ушёл в отставку. Кандидат от демократической партии был болшим другом профсоюзных работников. Соратники называли его «борцом за нужды простого народа», а оппоненты – профсоюзной шлюхой. В экономических и политических вопросах его взгляды были настолько левыми, что упирались ногами в социализм. Зато этот кандидат был ярым католиком. Аборты – ни за что. Гомосексуализму – бой. И вообще пора навести в обществе порядок – мораль пошатнулась так, что скоро обвалится.

Его соперница была ветераном Корейской войны, матерью пятерых или шестерых детей, и бабушкой чуть ли не дюжины. К тому же она была экономическим центристом и куда более терпимой (читай: левой) в социальном плане, чем её соперник. Я уж не говорю о том, что по-человечески она была приятнее просто на порядок – милее, фотогеничнее, с лучше поставленной речью.

Вы, наверное, думаете, что между ними развернулась острая борьба. Как бы не так. Массачусеттс, по крайней мере, тот его кусок, о котором идёт речь, республиканцев в Конгресс не выбирает. Демократ набрал почти семьдесят процентов голосов. Я обсуждала это с соседями-демократами. Как же так, поражалась я, вы же за аборты, вы же за права гомосексуалистов, как вы могли за него голосовать? Соседи вздыхали. Да, взгляды республиканки были им ближе, но не могли же они послать её в Конгресс? А вдруг их партия потеряет большинство голосов и не сможет проталкивать законы? К тому же большинство голосующих взглядами кандидатов вообще не интересовалось. Они просто автоматически голосовали за демократа.

Что интересно, подобная история, только со знаком минус, произошла в прошлом году в одном из южных, очень консервативных, штатов. Центрист-демократ, который сошёл бы в Новой Англии за республиканца и в либерализме не был замечен ни разу, с треском проиграл какому-то ультраправому, ультрарелигиозному республиканцу, предлагавшему вернуть общество на путь Божий. В Нью Йорке или Вашингтоне от этих размахивающих Библией фанатиков шарахаются. Но избиратели того округа скорее проголосуют за чёрта лысого, чем за демократа.

Впрочем, левых фанатиков тоже хватает. Чего стоит один Барни Франк – конгрессмен из Массачусеттса (откуда же ещё?). Бойфренд конгрессмена Фрэнка (Барни – открытый гомосексуалист) устроил из их дома притон, управлял оттуда эскорт-бизнесом для геев и рассылал мужчин-проституток по клиентам. Барни уверял, что ничего этого не знал. Он знаменит ещё и тем, что было одним из трёх или четырёх конгрессменов, проголосовавших против Amber Alert – систему уведомления населения о похищенных детях. Барни заявил, что этот закон слишком суров к педофилам. В экономическом плане Барни социалист. Но называет себя демократом. И со свистом переизбирается на новые и новые сроки. Ему ничего не грозит. Как ничего не грозит ультрарелигиозным моралистам из штатов типа Мисиссиппи.

На этом месте я начинаю сбиваться. Кто такие демократы? Кто такие республиканцы? Нормальные центристы или эти ультра-фанатики? Почему одни республиканцы левее иных демократов, тогда как многие демократы правее некоторых республиканцев? Почему мой помешанный на религии сотрудник, который считает, что надо повысить налоги, чтобы платить женщинам за то, чтобы они не делали аборт и могли содержать любое количество детей, считает себя республиканцем? Он хочет ввести правительственный контроль практически всех аспектов нашей жизни, эдакую полу-религиозную, полу-социалистическую диктатуру. И это республиканец? Другой сотрудник готов вообще отменить большую часть налогов, считает, что каждый отвечает сам за себя, выступает против подачек и поблажек всяческим меньшинствам и ненавидит «религиозников». Он демократ.

Нам тесновато в рамках двух партий, вы не находите? Мы не делимся на два. Ну совсем не делимся.

Приятель прислал мне интересную ссылку. World’s Smallest Political Quiz. Крошечная анкетка такая, всего две секции – экономическая и социальная. В каждой - пять вопросов. Секс,наркотики, социальное страхование, персональный и корпоративный велфер, военная служба, цензура, пошлины, налоги и документы для удостоверения личности – на каждую тему по одному вопросу, определяющему ваши взгляды на проблему в целом. Заполнение анкеты занимает минуту, от силы. По результатам вас «записывают» в один из четырёх квадрантов – Левый, Правый, Статист или Либертарианец. Левый выступает за личную свободу, но государственный экономический контроль, правый – наоборот, либертарианец хочет, чтобы правительство ушло на задний план во всех областях, а статист предпочитает иметь не правительство, а няньку, которая указывает, что ему делать как в офисе, так и в спальне. Посередине графика находится небольшой квадрат для центристов.

Надо сказать, что большинство русскоязычных иммигрантов – либертарианцы в той или иной степени, но всего по Америке нас таких около 13%. Многие из нас являются центристами и приходят в тихий ужас от крайностей, в которые периодически заносит как республиканцев, так и демократов. Но даже если отмести крайности и упростить всё до невозможности, мы делимся минимум на четыре группы, не на две. Почему же, ну почему в Америке де факто только две политические партии? Ведь есть же, например, либертарианская партия. Только даже тем, кто называет себя либертарианцами, актив этой партии кажется кучкой сумашедших. Их программа – отменить все налоги кроме 5-7%, открыть все границы, легализовать все наркотики, включая героин, и так далее. Рецепт анархии. К тому же практически неосуществимый. Примерно то же самое можно сказать о партиях зелёных, социалистов и реформистов. Не приживаются они тут.

Казалось бы, можно позавидовать странам, где на каждый оттенок политической палитры приходится своя партия. Израилю, например. Религиозные такие, ультрарелигиозные сякие, ашкенази здесь, сефарды там, у русских свой блок, у арабов свой, эти голосуют за единство, те за разделение, а кто-то – за войну до победного конца. При этом Израиль чрезвычайно политически нестабилен. И дело тут не только и не столько в уникальных проблемах этой страны. Просто ни у одной партии нет, как правило, подавляющего большинства голосов, и им приходится кооперироваться. Те, кто набрали 15% пытаются создать коалицию с теми, кто собрал 13%, а заодно прихватить вон тех, у которых 4%. Результат получается примерно тот же – все правые (или все левые) объединяются и пытаются управлять вместе. Но истинного единства у них нет как нет – каждую партию выбирали на основе некого набора обещаний избирателям, и они, в лучших традициях Нины Андреевой, не могут поступиться принципами. Приходится идти на компромиссы, часто болезненные для всех сторон. Уже находясь в одном правительстве, они не перестают ругаться. У маленьких партий есть большой козырь – стоит им уйти из коалиции, и она развалится. Большинства-то нет. Поэтому маленькие партии продолжают вымогать большие подачки и показывать всем кукиш. Что не год, то новые выборы в стране – очередная коалиция развалилась. Похожие ситуации существуют во многих странах, где у избирателей есть большой выбор. То мы слышим о шаткой коалиции в Германии, то в Латинской Америке... И кому от всей этой карусели легче жить? Да никому. Уж лучше б имели две партии.

Современная республиканская партия - всего лишь устойчивая коалиция. Она сформировалась в пятидесятые годы на почве ненависти к коммунизму. Все, кто предлагал бороться с СССР до последнего, кого называли «ястребами» холодной войны, оказались по одну сторону баррикад, а «голуби мира», ратовавшие за сотрудничество с красными, - по другую. Кто у нас ненавидит коммунистов? Две группы. Одна – экономические либералы (не путать с современными политическими либералами), которым претит идея государственного контроля над экономикой. Они свято верят в капитализм и свободу предпринимательства. Их кумир – Черчилль. Это современные либертарианцы. Другая группа – глубоко религиозные люди, для которых атеисты – враги Божьи, а Советский Союз – Содом и Гоморра. Экономика волнует их куда меньше. К социальным подачкам они относятся очень даже неплохо – Бог велел помогать ближнему, не проще ли делать это через государственные каналы? Наш президент является ярким представителем этой группы – бюджет при нём распух до невиданных Клинтоном размеров, и не только из-за Ирака. Увеличив расходы в одной области, он и не думает урезать их в других.

Тогда, в разгар холодной войны, на эти различия мало кто обращал внимание – у всех был общий враг. А наши современники никак не могут взять в толк, как такие люди как Арнольд Шварцнеггер и Руди Джулиани оказались в одной партии с Трентом Лоттом и Джорджем Бушем. Впрочем, социальные либералы типа ярых феминисток, активистов-гомосексуалистов и любителей марихуаны тоже не в восторге от зачастую глубоко религиозных профсоюзных деятелей, с которыми они «делят» демократическую партию.

Поскольку и республиканцы, и демократы фактически являются коалициями разных мелких группировок, у них нет единой платформы, с которой были бы согласны все члены этих партий. Но дело в том, что это уже готовые коалиции, с довольно силным централизованным управлением. Одна группа может отколоться от основной массы по некому важному вопросу (война в Ираке, например), но по другим будет ходить в струнку. Партия много делает для своих членов, и они платят ей тем же. Совсем отколоться никому в голову не придёт – полюбуйтесь, что стало с реформистской партией Росса Перо. Ну откололись. Ну набрали несколько процентов голосов. Дальше что? В большинство им не попасть, а существующему большинству они не нужны – тут вам не Израиль. Расползаются потихоньку, голосуют за республиканцев и демократов.

Многие из вас, возможно, слышали о Мэрилин Вос Савант. Судя по книге рекордов Гиннесса, у неё самый высокий в мире IQ. Мэрилин ведёт колонку вопросов и ответов для журнала Parade. Несколько недель назад у неё спросили, как она относится к политической системе в нашей стране. У нас ведь, по сути, всего две партии, к тому же не сильно отличающиеся. Разве это хорошо? И Мэрилин Вос Савант, в мудрости своей, ответила, что к системе она, в целом, относится очень хорошо, а две во многом похожие партии - это к лучшему. У нас есть свобода слова, есть выборы, дебаты, есть политическая борьба, власть переходит из рук в руки, но по сути меняется сравнительно мало. Сенат переходит из рук в руки, а наша жизнь идёт, как шла, экономика подчиняется своим законам, общество развивается по своим, а президенты бывают удачными и не очень, причём это мало коррелируется с партией, от которой они баллотируются. Всё это потому, что страна политическую стабильна, и её не качает из стороны в сторону.
При четырёх квадрантах, у нас де факто две партии. Но всего один режим.

Зорин был не так уж далёк от истины. И слава Богу.