Category: семья

Category was added automatically. Read all entries about "семья".

fur hat

Говорят, видели своими глазами...

По Диснейленду идёт ортодоксальный еврей в большой чёрной кипе, закрывающей пол головы. За ним, спотыкаясь и путаясь в собственных ушах, скачет Гуфи - точнее, какой-то подросток в костюме Гуфи.

- Эй, - кричит Гуфи, - эй, сэр, вам дефективная досталась! Вы, вы, в чёрной шапке!

Поняв, наконец, что зовут его, еврей останавливается.

- Вам бракованную дали! Пойдите в любой киоск с сувенирами - вам обменяют.

- Что бракованная, что обменяют? - не понимает еврей в кипе.

- Шапка. У неё уши отвалились.

И Гуфи радостно тычет пальцем на проходящую мимо семью, поголовно увенчанную шапками а-ля Мики Маус - чёрными кипами с ушками.
fur hat

Непорочное Зачатие

Думаете, девственницы не рожают? Зря думаете.

Тут одна знакомая, поработав несколько лет педиатром и решив, что денег это приносит мало, подалась делать детей. В пробирках. Теперь она искусственно оплодотворяет 50-ти летних женщин, услышавших, наконец, тиканье внутренних часов и решивших, что лучше поздно чем...

Но я сейчас не об этом. В один прекрасный день приходит в их клинику семейство из Пакистана; везут перед собой молодого парня в инвалидной коляске. Бедняге лет двадцать-двадцать два, не больше. Попал в автомобильную аварию, теперь парализован. Единственный сын. Родители требуют срочно изъять у парня сперму и заморозить.

Врачи за голову схватились. Вообще хирургическое изъятие спермы занятие не из лёгких по всяким анатомически-биологическим причинам, а тут ещё мужик парализованный, ничего не чувствует, не понятно, как заживать будет и т.п. К тому же у врачей опыта нет. Яйцеклетки-то они каждый день изымают дюжинами - и руки набиты, и инструменты правильные есть. А мужчинам в таких клиниках обычно стаканчик вручают и посылают в комнату с порнухой. Ну сами подумайте, как часто врачам приходится "доставать" из паралитиков сперматозоиды? Да ещё не в крупном медицинском центре, а в маленькой клинике в Вирджинии.

Трудно это, сказали пакистанской семье врачи, к тому же опасно и дорого. Ничего, отвечают те, мы за ценой не постоим. Деньги есть. А что опасно, так хуже не будет - парень уже парализованный.

Ну, раз семья такая богатая и настаивает... Короче, решили попробовать. Но предварительно поинтересовались у родителей, что они собираются делать с этой спермой. Те даже удивились. Как что? Найдём мальчику хорошую жену в Пакистане, привезём сюда, пару раз искусственно оплодотворим, и будут у нас внуки.

- А девушка согласится? - наивно спросил какой-то зелёный медицинский работник.

- Ну конечно, - успокоили его. - У нас очень хорошая семья, к тому же в Америке живём. Любой отец за честь почтёт отдать нам дочь. Конечно, с парализованным сыном проспекты не те, но кто не захочет поехать в Америку из Пакистана, в такую уважаемую и состоятельную семью?

Все только плечами пожали. Ну да, найдут девушку из небогатой семьи, одну из кучи дочерей. Родители с удовольствием сплавят её в Америку, к состоятельному мужу, которого она в глаза не видела. Девушке будет лет 18, плюс-минус. Тут её быстренько пару раз искусственно оплодотворят. А потом она будет растить внуков свекрам и ухаживать за парализованным мужем, который при современном медицинском уходе может запросто прожить ещё лет 50 с гаком.

И не дай Бог она на сторону не то что сходит, а посмотрит. Прибьют.
fur hat

Ещё кусок для книги

Fear of commitment

   Келли училась со мной в graduate school. Со своим парнем, Райаном, она встречалась на тот момент уже девять лет. Хотя «встречалась» - не совсем удачное слово. Ребята давно жили вместе, и на безымянном пальце Келли много лет красовалось кольцо с бриллиантом (engageмент ring). Только жениться они не собирались. Кто же женится так рано? Сначала надо хотя бы закончить учёбу. Весной перед нашим выпуском Келли часто ходила грустная, с заплаканными глазами. Куда-то исчезло кольцо. Оказалось, что она начала мягко намекать на то, что обучение движется к концу, им уже по 27 лет, они вместе с восемнадцати, неплохо бы начать думать о свадьбе. А Райан вдруг заявил, что Келли он нежно любит, ни с какой другой женщиной себя не видит, но совершенно не готов к тому, что американцы называют “commitment”. Фактически, он не готов брать на себя официальные обязательства, переходить в статус мужа. И вообще, может, им попробовать пожить отдельно, посмотреть, как оно там? Вполне возможно, что они жить друг без друга не смогут и прибегут обратно. Но ведь они не знают – не пробовали. Келли «пробовать» не хотела. Ещё несколько лет проб, и ей будет за тридцать. Если он за девять лет не понял, чего он хочет, то пусть идёт нафиг. Они расстались, хотя оба уверяли, что любят друг друга.

   Знакомая песня. Вроде хорошо им вдвоём, и вместе уже давно, а он замуж никак не зовёт. Не готов, говорит, к семейной жизни. Наоборот - чтобы он хотел жениться, а она нет - бывает редко, а вот ситуации, когда оба тянут резину, встречаются нынче нередко. Многие психологи, социологи и журналисты за голову хватаются. Даже имя этому феномену придумали – the fear of commitment crisis. У девушек биологические часы тикают, а эти олухи царя небесного всё решиться не могут. Объяснений напридумывали – пруд пруди, но чаще всего встречаются обвинения в инфантилизме и размышления на тему «если ему дают секс, то зачем ему штамп в паспорте». Другой вариант: раньше все женились молодыми, потому что так «надо было», это ожидалось. А теперь слишком независимые стали, плевать им на семью. Разваливается наша ячейка общества, на глазах разваливается.
Collapse )
  • Current Music
    the first shitty draft
fur hat

Ссылка на старый пост - этика и психология семейной жизни

Интересные дискуссии развернулись в комментариях на темы "брать-давать" и "что есть жертва, и нужна ли она в постели". Надо заметить, что проблемы эти, ИМХО, чисто психологические, к физиологии имеющие весьма косвенное отношение. Я когда-то написала об этом пост, и тогда меня все (ВСЕ - я перечитала комментарии) поддержали, хоть иногда и с дополнениями. Пост полуторалетней давности, и многие нынешние мои читатели его ещё не видели. Мне будет интересно узнать, что вы думаете. Комментарии здесь отключаю, чтобы вы, если хотите, оставляли их там (чтобы мне не прыгать туда-сюда).

http://azbukivedi.livejournal.com/80167.html
Малышка

Повезло называется

Мне ещё в детстве предсказали, что будет везти в любви, но не в картах. Никогда, НИКОГДА, ни во что ничего не выигрывала, ни разу. Нет, один раз было, лет десять назад - на корпоративной новогодней вечеринке выиграла в лотерею ланч с вице-президентом компании, жутким занудой, годившимся мне в дедушки. Но больше ничего, даже если шансы выигрыша были 2/3 или того больше. Ладно, не жалуемся, в любви везёт, а это главное.

Сегодня, в свои тридцать-пять-почти-тридцать-шесть в первый раз в жизни выиграла что-то стоящее. У нас тут забег был на 12 км, регистрация стоила $40, а деньги шли в пользу Toys for Tots (это организация, которая даёт деньги на новогодние подарки детям из бедных семей и сиротам). Плюс обещали лотерею для всех участников. Ну, я решила, что и пробежка с утречка в самый раз, и денег на хорошее дело не жалко. Лотерея мне нафиг не сдалась, там 800 человек записалось - вы же понимаете, что шансов выиграть у меня было ровно ноль, да нет, не ноль, а минус пять. 5 iPod'ов на 800 человек - это же смешно. Когда я своё имя услышала, то решила, что мне почудилось. Не почудилось, таки дали iPod.

Прихожу домой, довольная как слон, хоть и усталая после 12 км бега на морозе. Вот, говорю, iPod выиграла, не хухры мухры. А муж что-то не весел. Да ты что, мужик, ты смотри, я выиграла штуковину за $200, первый раз в жизни вообще! Ты же знаешь, что я давно iPod хотела, хоть бы порадовался за меня. А он не рад. Оказалось, он мне почти такой же iPod, только лучше, на Хануку купил - сюрприз был. Тьфу. Теперь этот подарить кому-нибудь придётся.

Ну хоть в любви везёт...
fur hat

Счастье - это когда тебя....

Поместите предыдущий пост в избранное. Ради комментариев - я тут ни при чём. И во дни сомнений, во дни тягостных раздумий – перечитывайте эти комментарии. Такого заряда позитива я не получала от ЖЖ за все 2.5 года ведения этого дневника. Спасибо вам, дорогие мои, за то, что откликнулись.

Вас есть! Вас много! 65 упоминаний собственных счастливых браков, 29 упоминаний друзей/родителй/дедушек-бабушек, ещё пара-тройка счастливых браков, не совсем подходящих по моим изначальным критериям, но так и быть, сосчитаем. Лотерея? Да, в какой-то степени. Кому везёт больше, кому меньше. Но шансы выигрыша не так уж малы, и выигрываете вы – счастье. Как справедливо заметила geish_a, брак изжил себя исключительно как всеобщий и единственно возможный институт отношений. «Он просто перешёл из абсолюта в личное дело каждого, и это хорошо.»

А теперь –  несколько цитат из комментариев. Без указаний авторов, дабы никого не смущать. Добавлять ничего не буду.

Collapse )



  • Current Mood
    ecstatic ecstatic
серьёзная

Советы тётушки Сары

Давайте я без длинных вступлений сразу перейду к делу. У нас с Борей сегодня 9-я годовщина свадьбы (ах, эта знаменитая свадьба!) и 11-я годовщина совместной жизни. Я тут подумала и решила, что это большой срок. Бывают, конечно, и побольше, но те, кто больший стаж нажил, пусть у себя в дневниках об этом пишут, а в моей отдельно взятой жизни это охренеть как долго. Поэтому я решила поделиться с вами секретами долголетия брака. А вот не надо мне тут шуточек про «когда она заходит в комнату, я из неё выхожу» и прочих прелестей из репертуара дешёвого тамады на серебряных свадьбах. Я серьёзно.

Collapse )

Очень не хотелось бы, чтобы меня опять начали обвинять в морализаторстве и попытках учить всех жить. Просто для меня это работает, и хочется надеяться, что поможет кому-то ещё. А вдруг?
  • Current Mood
    happy happy
fur hat

Созидательная любовь, разрушительная страсть

От одной моей хорошей знакомой ушёл муж. Классически так ушёл – к лучшей подруге, оставив жену без денег и с двумя детьми. Меня всегда такие истории совершенно выбивают из колеи: в тот день, когда она мне это рассказала, я пошла с парой друзей на ланч и сразу начала разглагольствовать о Большой Всепоглощающей Всеразрушающей Любви. Сидела и ворчала – мол, все влюбляются, но не все при этом рушат всё на своём пути и оставляют детей. И вообще, понятно же, что страсть пройдёт, всегда проходит, и не верю я в любовь всей жизни - все, кого я знаю, любили по нескольку раз. Минимум дважды. Что это за любовь, которая причиняет столько боли и приносит столько разрушений? Любовь должна быть созидательной.

Устав от моей бурчливой ахинеи, друзья вежливо предложили сменить тему и поговорить если не о погоде, то ну-хотя-бы-о-детях. Пришлось слезть с белого коня на грешную землю. Кристин скоро нужно было убегать, а мы с Орфеем (это кликуха, он у нас на флейте играет в свободное от работы время), доковыряв свои сашими, поплелись в гараж, где запарковались, как выяснилось, всего в паре метров друг от друга. И тут он мне говорит... Самое смешное, что я не вру. Если вам кажется, что на меня просто с неба сыпятся люди, которых хлебом не корми только дай выложить мне всю подноготную, то вы даже можете оказаться правы. С неба не с неба, но откуда-то они сыпятся, особенно в последнее время. Но я отвлеклась.

- А я с тобой согласен по поводу того, что любовь должна быть созидающей, - говорит Орфей.
- Никогда бы не позволила страсти разрушить мою семью, - соглашаюсь я, - разве что муж был бы ужасный...
- Для меня это убило бы любовь.

И смотрит на меня. А я, грешным делом, плохо поняла, что он имеет в виду. О чём честно ему сказала. К сожалению, Орфею надо было убегать на работу, но он пообещал прислать мне линк на пост, где написал о своей Большой Любви (нет, не могу дать линк, у него засекреченный анонимный блог). Там, говорит, всё сказано.

Пост я перескажу вам вкратце, потому как ничего принципиально нового там нет. Ему сейчас 48, женат, двое детей, с женой отношения хорошие, ровные. Одиннадцать лет назад познакомился с женщиной, Мэрилин, и случилась у них Любовь, какую ни один из них до того не знал. У неё тоже муж и двое детей. Два года они просто с ума сходили, рисковали страшно, лишь бы увидеться, ездили вместе на другие континенты, придумывали невероятные истории – всё, что угодно, только бы быть вместе. Оба обожают писать, поэтому, учитывая, что живут они доволько далеко друг от друга (он в Мэриленде, она - на юге Вирджинии), роман был по большей части в письмах. Он сохранил каждую букву. Распечатал всё, любовно «упаковал» в несколько папок и снял себе комнату хранения в получасе езды от дома, где держит все «сувениры» их любви – е-мэйлы, письма, подарки, локоны, билеты на самолёты, фотографии... Через два года сумашествие кончилось, осталась Любовь, спокойный вариант. Они называют друг друга Godspouse – супруг от Бога. Когда он сорвал себе спину пару лет назад, жена была в командировке. Мэрилин приехала в Вашингтон и прибежала в больницу. Её там приняли за жену и, пока вгоняли в него иглы, расспрашивали про его анкетные данные, историю болезни, семейную медицинскую историю и т.п. Она знала всё. Эти люди «вместе» уже одиннадцать лет. Она старше, ей сейчас за 50, секс у них теперь совсем редко, два-три раза в год, а чувство осталось. Это духовное партнёрство. Истинные половинки. Она говорит, что единственное, о чём жалеет в жизни, так это о том, что не родила от него детей.

Н-да, убогий перевод/пересказ получился. Пост – на несколько страниц, и такой нежностью и любовью пронизан... Очень пронзительный текст. Но на мой вопрос он не ответил. Поэтому я набралась наглости и позвонила Орфею.

- Потрясающий пост, спасибо большое за линк, за доверие.
- Пожалуйста, рад, что тебе понравилось.
- А вопрос можно задать?
- Гони.
- Я не поняла, какая связь между этим и созиданием. Почему ты сказал, что развал семьи убил бы любовь?
- Я думал, ты спросишь, почему я не ушёл от жены, а она от мужа, - рассмеялся Орфей.
- А разве эти вопросы не связаны?
- Бинго! Видишь, ты сама ответила на свой вопрос.
- Орфей, я, наверное, тормоз, но ответ в моей голове пока как-то не очень прояснился...
- Смотри, когда мы поняли, что это Настоящее, что мы жить друг без друга не можем, то вопрос стал ребром. Как нам жить дальше? Бросать ли мне жену, а ей мужа? И поняли, оба, одновременно, что не сможем. То есть сможем, но любовь уйдёт, понимаешь?
- Да почему уйдёт-то?
- Потому что наша любовь, извини за пафос, была как храм. Это светлое чувство, созидающее. Если ради него мы причиним близким столько боли, разобьём сердца двух человек, которые ничего плохого нам не сделали, разрушим семьи, доставим Бог знает сколько страданий своим детям, то это будет не любовь, а смерч. А смерч бы нас сжёг, быстро.
- И вы оба так думали?
- Да, более того, мы оба сказали друг другу, что человека, способного на такое, способного бросить детей и любящего человека, мы любить не сможем. Мы договорились, что если один из нас уйдёт из семьи, второй тут же обрывает всякие контакты.
- А это не слишком... эээ... экстремально?
- Лет через пять мы поняли, что слишком, и в последние шесть лет договора такого нет. То есть, случись что, разговаривать будем, звонить друг другу будем, переписываться будем. Но любовные отношения закончатся. Я не могу любить женщину, готовую бросить прекрасного мужа, который обожает своих детей (а дети обожают его), ради страсти.
- А дети разве не выросли ещё?
- Её? Давно выросли. Дело не в этом. Мне не нужна разрушительница. А ей – разрушитель. У нас есть семья, понимаешь? Люди, которые с нами двадцать с лишним лет. Мы сохранили чистую, светлую любовь, которую у нас никто не отнимет. А на пепелище мы ничего бы не построили, только потеряли то, что есть.
- И горечи нет? Супруги знают?
- Горечи нет, мы очень богатые люди – в нашей жизни есть то, чего нет у большинства. Супруги не знают. Её старшая дочь, кажется, догадывается. Ты пойми, у нас ХОРОШИЕ супруги. У меня прекрасные, тёплые отношения с женой. Короче, это не идеальная ситуация, но иначе быть не могло. Другие варианты мы не рассматривали.

Я ему, конечно, не сказала, что сама ушла ко второму мужу от первого. Правда, детей не было, любви тоже. Среди моих знакомых абсолютное большинство «пережило» страсть, и не одну, и семью сохранило. И не жалеют, -надцать лет спустя. Для себя я давно поняла, что думаю и чувствую как Орфей: я не смогла бы любить мужчину, ради которого разрушила бы свою нынешнюю семью и увела детей от отца. На том пепелище нельзя было бы построить уже ничего, только угли ворошить.
fur hat

Melting pot

На этот раз я пригласила их всех к себе. Не всё же по кафушкам бегать – шумно, не поговоришь толком. Мы сидели вокруг журнального столика, пили свежеприготовленный кофе, обсуждали смену учительницы рисования в школе, ждали Сюзан. Она почему-то опаздывала уже на пол часа.

- Кажется, у неё новый бойфренд, - заговорщеским голосом сказала Илэйна, - но деталей я не знаю. Его зовут Боб.

Сюзан зовут отнюдь не Сюзан, а что-то вроде Сюньджи, или Суньдзы, но она давно плюнула на наши попытки это произнести, да так и осталась – Сюзан. А бойфренда, оказывается, зовут Боб. Ага, думаю, Буандзинь какой-нибудь.

Сюзан была встречена четырьмя понимающими ухмылками.

- Давай, давай, рассказывай, что за фрукт?

Оказалсь, что не Буандзинь, а Бхаладжи. Или Балажи. Индус. Родился в Париже, провёл большую часть жизни где-то на Ближнем Востоке, сын профессионального дипломата, сам дипломат. Сюзан аж светится вся, а у Джуди глаза на лоб полезли:

- Он же, наверное, брамин...
- А чёрт его знает, - пожимает плечами наша китаянка, - вроде он упоминал что-то про то, что он из высшей касты.
- А его семья знает, что вы встречаетесь? - не отстаёт Джуди.
- Да где та семья, - смеётся Сюзан, - мама в Индии, папа в Европе где-то, братья-сёстры по всему миру раскиданы. Я их в глаза не видела и не известно, когда увижу. А что?
- Ну понимаешь, - мнётся Джуди, - брамину можно жениться только на женщине из своей касты, в крайнем случае – следующей за ней. А во внебрачные связи вступать нельзя, и говядину есть нельзя, и ещё очень много чего. Это же честь, быть брамином, соответственно, и ответственности больше.
- Прям как евреи, - почему-то невпопад вставляет Илэйна.
Collapse )
fur hat

(no subject)

Из дома выносили вещи... Ну да, я об этом уже писала, только тогда это был рассказ, вымысел, а сейчас – моя жизнь. Они придут завтра в девять. И всё...

Самое смешное, что я всегда любила переезжать. То есть в самом процессе, естественно, мало приятного, но потерпеть ради того нового, что ожидает нас по ту сторону переезда, а то и просто ради улучшения жизненных условий, стоит. В первый раз мы переезжали, когда мне было шесть лет – съехались с бабушкой после смерти деда. Я хорошо помню себя, сидящую в грузовике, вокруг мебель и утварь, мама говорит о том, что меня не придётся больше возить туда-сюда, что на будущий год мне в школу, и как же замечательно, что бабушка сможет меня встречать, что мы теперь все будем жить вместе, а я сижу и тупо повторяю про себя: «Вот это я, это я, вот я – это я». Почему-то именно в тот момент меня посетил кризис личности – мне надо было срочно удостовериться, что Я не меняюсь, остаюсь собой, несмотря на то, что все мои вещи лежат, сложенные горкой, в каком-то грузовике, что родные стены и привычные обои ушли в небытие, что впереди – новая квартира, новый район, новые друзья. Внешний мир меняется почти до неузнаваемости, но Я - остаюсь.

Второй раз я перезжала только через двенадцать лет, к первому мужу. Уже не «якала», но руку в метро держала так, чтобы кольцо было на виду. Видели? ВИДЕЛИ? Я теперь замужем! Я – это по-прежнему я, только не одна, а половинка семьи. И так хотелось, оставаясь собой, приладиться к новому дому! До сих пор улыбаюсь, вспоминая, как старательно клала масло в холодильнике только на место, указанное свекровью. А как же? Масло туда, колбасу сюда, книжки все в определённом порядке. Ну и что? Это ж внешнее, неважное, да и пристанище временное – эмигрировать ведь скоро.

Эмиграция... В 19 лет это что-то из Библиотечки Приключений, том 19-й, незаконченный. Путешествие дилетантов в Новый Свет. Это для взрослых да детных – стресс, а для нас – надуй бом брамсель и вперёд, на Патагонию. Неужели это я? В Америке, без родителей, работающая, говорящая по-английски, водящая машину? Вроде всё ещё я, надо только напоминать себе об этом периодически, а то столько поменялось вокруг, себя бы не потерять в водовороте. И я очень старалась – не потерять, создать свой дом, свой уклад, установить свои порядки. В новой стране всё будет по-моему. Куда девалась послушная девочка, кладущая всё на годами установленные места? Тут не было ничего установленного годами, тут всё надо было начинать заново, и если я сейчас позволю воссоздать вокруг себя ТОТ мир, то так и буду петь под чужую дудку – зачем тогда было уезжать?
Да уж, новая «я» пришлась ко двору куда меньше. Запоздалый подростковый бунт вырвавшегося на пампасы «я» сметал всё на своём пути. Я конфликтовала, ругалась, топала ногами, я окончательно запуталась – где внешнее, где внутреннее. Переезжая с этажа на этаж в одном и том же доме, я чувствовала себя птичкой в клетке, потерянной девочкой, находящейся где-то не на своём месте, в чужой квартире, понятия не имеющей, где её дом и как она сюда попала.

Из того, первого своего в Америке, дома я выехала только через пять лет – к новому мужу. Из просторной, уютной четырёхкомнатной квартиры переехала в каморку без телевизора, кишащую тараканами, в плохом районе. Даже чемодан не собирала – так, куча сумочек каких-то пластиковых. Стресса – куда больше чем от эмиграции. Но оглядываться назад – нееет, извините. У меня жизнь впереди, всё только начинается. Я – это я.
Потом было много переездов – каждый раз в более просторный дом, лучший район. Ничего особенного, просто перетаскивание скарба, рост хозяйства пропорционально росту семьи, не интересно даже.

И вот сейчас... а что, собственно, сейчас? Я стараюсь смотреть на этот переезд теми же глазами – муж всего лишь нашёл лучшую работу, переезд нам полностью оплачивают и организовывают, ну подумаешь, другой штат – всего полтора часа на самолёте. Мама остаётся? Так когда я от неё в Америку улетала меня так не трясло. Двое детей? Ну и что, в Америке всё это делается легко и без проблем, семья больше, но и денег больше, возможностей больше, переедем, обоснуемся, невелика беда.
Тогда что? Почему я, первый раз в своей жизни, нервно поглядываю на календарь, оглядываюсь назад, стараюсь запомнить эти стены и вид из окна, почему так страшно уезжать? Попробую объяснить – хотя бы самой себе.

Я полюбила этот дом. Мы тут всего два с половиной года, но никогда ещё жилище не было настолько «моим». Мне нравится в нём всё – расположение, планировка, ручей с мостиком через него на заднем дворе, вид на лес из окон спальни, даже соседи. Мой любимый цвет, мой любимый размер, как хорошо входит, как замечательно выходит... Мы обустраивали этот дом на свой вкус, надеясь прожить в нём много лет. Но неисповедимы... Здесь вырос из грудничка в человечка мой младший сын, из карапуза в школьника старший. Живя здесь, я открыла ЖЖ, снова, после десятилетнего перерыва, начала писать. Практически всё, что вы прочитали в моём журнале, было написано в том самом кабинете, где я сейчас сижу и пишу, вероятно, свой последний массачусеттский пост. Мне хорошо здесь пишется. Как мне будет писаться там?
За эти два года я познакомилась с огромным количеством удивительных людей, многие из которых мне стали очень близки. Привязанностей с годами становится меньше – мы тяжелее сходимся с людьми, но и прикипаем крепче. Остаются здесь те, кого совсем не хочется оставлять...
А ещё я очень люблю Бостон, о чём писала неоднократно. Это мой город, я знаю его наизусть, я могу по нему экскурсии водить. Я повзрослела здесь, закончила колледж, вышла замуж за отца моих детей, нашла Любовь, родила сыновей. Отъезд из Массачусеттса – как эмиграция, не сравнимая, конечно, с переездом в Америку из СССР, но тем не менее...
Не отпускает меня этот дом. Не отпускает меня этот город. Не отпускают меня близкие мне люди. Мне, так привыкшей всё время смотреть вперёд, впервые хочется оглядываться, оглядываться... не свернуть бы шею. А вот дети мои только рады. Для них это – приключение.

***

Они придут завтра в девять. Очень может быть, что мой старший сын, которому сейчас шесть лет, будет смотреть, как привычные вещи и любимые игрушки исчезают в жерле грузовика, как выносят из дома нашу мебель и цветы, как сдирают занавески, и начнёт повторять про себя: «Вот я – это я, это я, по-прежнему я это...»
  • Current Mood
    sad sad